Какой же была она – кос твоих медь?…

Желтизну волос ее не помню я,

– Забыл я, но летом поля золоты,

помню колос желтый и лучистый

и в колосьях, если подолгу глядеть

и, когда приходит лето на поля,

против солнца, мерещится: ты!

вспоминаю волос золотистый.

Какой же была она – глаз твоих синь?…

Глаз голубизну ее не помню я,

– Не помню, но осени сини без дна …

синь небес осенних помню, знаю,

И сквозь оторопь разлук невыносимо

и, когда сентябрь летит в мои края,

льнет, обволакивает: она!

я ее глаза припоминаю.

А шепота шелк? – Был он или не был?

Шелковых речей ее не помню я,

– Не знаю… Но луга весеннего вдох…

но когда весной шумят потоки,

И вестью весны, далекой как небо,

Анна, мне звучи, как прежде, речь твоя,

твой оклик, Анна: теплом, врасплох…

голос твой, как небеса далекий.