Egy híd, egy forró betonút,

Какой-то мост, шоссе; бетон горяч,

üríti zsebeit a nappal,

день вывернул карманы, по порядку 

rendre kirakja mindenét.

выкладывает всё что есть.

Magad vagy a kataton alkonyatban.

Один ты в кататонии заката.

Mint gyűrött gödör feneke a táj;

Пейзаж как ямы дно измят; 

izzó hegek a káprázó homályban.

калёные рубцы на стыках полусвета.

Alkonyodik. Dermeszt a ragyogás,

Уходит день. Сполохи леденят,

vakít a nap. Sosem felejtem, nyár van.

солнце слепит. Век не забуду: лето.

Nyár van és villámló meleg.

Лето, жара и молний пересверк.

Állnak, s tudom, szárnyuk se rebben,

Как пламенеющие херувимы

a szárnyasok, mint égő kerubok

за дранкой куры в клетках, ни крылом, 

a bedeszkázott, szálkás ketrecekben.

стоят, я знаю, недвижимы.

Emlékszel még? Először volt a szél;

Помнишь еще? Сначала ветер был;

aztán a föld; aztán a ketrec.

потом земля, а дальше клетка.

Tűz és ganaj. És néhanap

Пламя, помёт. Да изредка

pár szárnycsapás, pár üres reflex.

крыл взмах-другой, тщета рефлекса.

És szomjuság. Én akkor inni kértem.

И жажда. Пить прошу; колотит. 

Hallom ma is a lázas kortyokat,

Мне те глотки слышны, покуда жив, 

és tehetetlen tűröm, mint a kő,

и я терплю, беспомощнее камня,

és kioltom a káprázatokat.

и загашаю миражи.

Esztendők múlnak, évek, s a remény -

Жестянка опрокинута в солому – 

mint szalma közt kidöntött pléhedény.

надежда. Годы дней. Не быть иному.