(вслед за Эмилем Альфонсом Рейнгардтом)

(Emil, Alphons Reinhardt után)

Племени пламенеющий закат. —

В мареве детства близишься ты.

Eshajnalpírja alkonyodó népnek. -

Я вижу:

Шествие усталых серьезных

Gyermekkorom ködében jössz elém

Девочек.

És látok:

Головы им клонит груз черных кос.

Fekete hajban roskadó fejű

Их много.

Leányok

Под ресницами их жар Вавилона

Fáradt, komoly processiója jön.

Но тяжких ресниц

Sokan.

Ко мне уже не поднять им.

Pilláik mögött égő Babylon

Узкий переулок в порту.

De súlyos pillák

Вечер.

Fényét rámnyitni többé sohse birják.

Пошатываясь пьяный матрос

Диким сердцем

Kikötőváros szűk sikátora.

Внюхивается в соль далей.

Este.

Здесь и росла ты, в сумрачной

Egy ittas matróz támolyog

Лавке

S a messze

Где шлифовали алмазы

Sós illatát vad szíve szimatolja.

И знали

Золотые халдейские знаки

Te ott születtél s borús boltjait

На перстне

Laktad

Что нежную руку твою тяготя

Az opálárús gyémántcsiszolóknak.

Древних сект ярость

Őt tudták

В печаль укрощенной навечно

Kaldeus írás aranyjeleit

Впечатал в тебя.

Gyűrüdön

О, дитя с тяжелыми волосами

Melytől lágy ujjad átölelve lankadt,

Каково тебе

Mert ősi szekták

С этим паром пролитой крови в крови?

Bánattá bágyadt rejtelmes dühét

Как не взрывает

Vájta beléd.

Вен твоих кровь тысячи давних племен

Танцовщиц

Nehéz hajú fehér gyermek te

Пылких, рабов пустыней бредущих?

Hogy birod

Подруга моя без меня, как много

Véredben gőzét ezer régi nép

Вижу я, видя тебя.

Csordult vérének?

Как кочевьем племен улыбка твоя

Sivatagjáró rabszolgák s buja

Сшибает.

Táncosnők,

И крохотное моё я без корней

Ereidből, hogy vérük ki nem árad?

Трепещет по ветру

Март 1914

Baráttalan barátnőm, jaj sokat

Látok ha látlak.

Jaj mosolyod, mint népek vándorlása

Legázol.

És gyökértelen kicsi énem félve

Lobog szeledben.

1914, március