Мой Tелемак,

我的特勒马科斯，

Tроянская война

特洛伊之战

окончена. Кто победил — не помню.

已经结束。谁是战胜者——不记得了。

Должно быть, греки: столько мертвецов

想必是希腊人：只有希腊人

вне дома бросить могут только греки…

会把那么多死者抛在野外……

И все-таки ведущая домой

毕竟回家的路

дорога оказалась слишком длинной,

还是太长，

как будто Посейдон, пока мы там

当我们在那里浪费时间的时候，

теряли время, растянул пространство.

波塞冬好像延伸了空间。

Мне неизвестно, где я нахожусь,

我不知道，我身在何处，

что предо мной. Какой-то грязный остров,

面前的是什么。一个污秽的岛屿、

кусты, постройки, хрюканье свиней,

灌木丛、建筑工地、一群猪的哼哼声、

заросший сад, какая-то царица,

荒芜的花园、某个女王、

трава да камни… Милый Телемак,

杂草和石头……亲爱的特勒马科斯，

все острова похожи друг на друга,

所有的岛屿彼此相似，

когда так долго странствуешь; и мозг

在你那么久久漂泊的时候；脑子也

уже сбивается, считая волны,

已昏乱，由于数浪花，

глаз, засоренный горизонтом, плачет,

充斥着地平线的眼睛在哭泣，

и водяное мясо застит слух.

淡而无味的肉遮住听觉。

Не помню я, чем кончилась война,

我不记得战争的结局，

и сколько лет тебе сейчас, не помню.

你现在几岁，也不记得了。

Расти большой, мой Телемак, расти.

长大吧，我的特勒马科斯，长吧。

Лишь боги знают, свидимся ли снова.

只有诸神知道，我们能否再相见。

Ты и сейчас уже не тот младенец,

你现在已经不是当初的那个婴儿，

перед которым я сдержал быков.

我曾在你的面前挡住公牛。

Когда б не Паламед, мы жили вместе.

若不是帕拉梅德，我们就会在一起生活。

Но может быть и прав он: без меня

不过也许他是对的：没有我

ты от страстей Эдиповых избавлен,

你摆脱了俄狄浦斯情结，

и сны твои, мой Телемак, безгрешны.

于是你的梦，我的特勒马科斯啊，也纯洁无邪。