Jedan most, betonska cesta,

Какой-то мост, шоссе; бетон горяч,

dan ispražnjava džepove,

день вывернул карманы, по порядку 

redom sve izlaže.

выкладывает всё что есть.

Sam si kad pada praskozorje.

Один ты в кататонии заката.

Krajolik je kao dno izgužvane rake;

Пейзаж как ямы дно измят; 

u zaslepljujućem mraku usijane svalje.

калёные рубцы на стыках полусвета.

Polako se smrkava. Ledi blistanje,

Уходит день. Сполохи леденят,

sunce zaslepljuje. Neću zaboraviti, leto je.

солнце слепит. Век не забуду: лето.

Leto je i sevajuća vrućina.

Лето, жара и молний пересверк.

Stoje i znam, krila su im nepomična,

Как пламенеющие херувимы

pernata živina, kao plamteći herubi

за дранкой куры в клетках, ни крылом, 

u dašćanim, iverje punim kavezima.

стоят, я знаю, недвижимы.

Sećaš li se? Prvo je došao vetar,

Помнишь еще? Сначала ветер был;

zatim zemlja; zatim kavez.

потом земля, а дальше клетка.

Vatra i balega. I ponekad

Пламя, помёт. Да изредка

po koji zamah krila, prazan odsev.

крыл взмах-другой, тщета рефлекса.

I žeđ. Tad sam  molio piće.

И жажда. Пить прошу; колотит. 

I danas čujem grozničave gutljaje

Мне те глотки слышны, покуда жив, 

i bespomoćno podnosim, kao kamen,

и я терплю, беспомощнее камня,

i ugasim obmane.

и загашаю миражи.

Prolaze dani, godine i nada –

Жестянка опрокинута в солому – 

kao u slami prevrnuta tava.

надежда. Годы дней. Не быть иному.